За семью печатями [Миллион в портфеле] - Иоанна Хмелевская

Жулик поинтересовался:

— А вы куда уезжаете?

— Да в химчистку они, в химчистку! — ответила за мужчин Кристина не раздумывая. И принялась подгонять несообразительных:

— Ну, что стоите? Быстрее, пора! А по дороге, Тадик, купи замок в дверь, на твоё усмотрение, самый надёжный, какой найдёшь, ты ведь лучше нас в этом разбираешься. Ну, марш!

Чуть ли не силой вытолкав их из квартиры, Кристина велела Эльжбете сделать для гостя яичницу — похоже, самая популярная в этом доме еда, — а сама принялась собираться на работу, о которой за хлопотами как-то позабыла.

Злобно ворча что-то себе под нос по адресу прожорливого Клепы, Эльжбета тем не менее принялась в кухне жарить ему яичницу, решив не пожалеть пяти яиц. Пока управится, они с Кристиной успеют пообщаться наедине.

У них и в самом деле появилась возможность шёпотом проклинать жулика, пока тот в кухне уминал завтрак.

— Замечательно, твой отец уехал на машине, а я теперь добирайся до работы своим ходом! — шипела Кристина, сидя перед зеркалом и дрожащей рукой накладывая крем-пудру.

— А у этого подлеца сверхъестественный нюх на деньги! — вторила ей Эльжбета.

— Зато наконец-то управились с кладом! — перешла к положительным эмоциям Кристина, и её рот сам собой расплылся в улыбке. — О, холера, опять криво губы намазала!

— Главное, я успокоилась насчёт Тадеуша и этой девушки! — призналась Эльжбета, тоже не в силах сдержать счастливой улыбки.

— А что я тебе говорила? Слушай старших!

— Хорошо, что он сам начал. Я бы ни в жизнь…

А сейчас что делаем?

— Лично я отправляюсь на работу. Тебе придётся посидеть в квартире, посторожить. Хотя, надеюсь, он у нас не задержится. Как думаешь, Богуся дома?

— Минутку, дай припомню её график… Вчера работала днём… да, должна быть дома. Если не ошибаюсь, сегодня ей к четырём.

— Как-нибудь невзначай упомяни об этом, тогда, глядишь, и ты освободишься. Нет, давай-ка я намекну, может, тогда и меня подбросит. Он ведь на машине?

И в результате не дали Клепе спокойно насладиться яичницей.

Кристина с Эльжбетой даже не ожидали, что обычно медлительного шурина так подхлестнёт небрежное замечание о том, что пани Богуслава сегодня идёт на работу лишь к четырём. С несвойственной ему энергией Клепа управился с завтраком, в спешке глотая оставшееся на сковородке, и на все про все, включая кофе, потратил не больше двух минут. Эльжбетка не успела оглянуться, как оказалась дома в одиночестве.

Наконец-то появилась возможность сесть, взять на колени кота и подумать о жизни.

Только в химчистке Тадик разглядел, что он принёс. Довольно бесформенная домашняя безрукавка Карпинского, замшевая, с подкладкой из искусственного меха, изрядно потрёпанная котом. Очень старый вытертый коврик с уточками, медвежатками, крокодильчиками и прочими экзотическими зверюшками, наверняка помнивший ранние детские годы Эльжбетки. И явно её же стёганый комбинезончик на молнии, должно быть, носила его ещё до школы. Вместе с приёмщицей Тадик удивлялся странному набору вещей, но твёрдо настаивал на том, что все должно подвергнуться именно химической чистке. Ну и что с того, что дорого? Раз клиент желает.

Выйдя из химчистки, Тадик расправил плечи, вдохнул полной грудью и наконец заметил, какой прекрасный день сегодня. Ничего, что на работе его ожидала прорва накопившихся дел, он запросто справится со всеми. Сил у него хватит. Сил хватит не только на это. Переполнявшая парня энергия так и толкала на подвиги. Что там Боженка, он готов и горы передвинуть, и вообще весь мир завоевать!

А в это время у дома Хлюпов вновь разыгрывались весьма интересные события.

Боженка так и не оставила этого дела. Приехала в третий раз, через силу признав, что накануне вела себя не совсем правильно. Сама для себя так решила и поэтому намеревалась исправить положение.

И угодила впросак: пани Богуслава, успев с утра пораньше сходить на рынок, опять вышла, на сей раз в магазин, за селёдкой. Нет, не за той селёдкой, что была раньше, обычной селёдкой из бочки, которую следовало предварительно вымочить в воде, потом выдержать в молоке, а после этого собственными руками приготовить так, что пальчики оближешь. Где теперь такая селёдка? В новой Польше о ней можно было только мечтать. Магазины ломились от продуктов, но увы! Вместо хорошей жирной сельди придётся купить паршивое немецкое филе и уж потом над ним колдовать, чтобы из этой гадости приготовить что-то путное. По дороге в магазин и на обратном пути пани Богуслава на полном серьёзе даже рассматривала возможность самой съездить к морю, закупить у рыбаков улов сельди и собственноручно засолить.

Раздобыть бочку — не проблема, возможно, подойдут те две, что бог знает сколько лет валяются у них в подвале. И что, ехать с бочками? Понадобится автофургон или другой какой подходящий транспорт, где его взять? И все равно засолить изрядный запас селёдки — дело стоящее. Может, пан Зыгмусь подсобит?..

Пока же, нагруженная тяжёлыми сумками, хозяйка медленно подходила к своим владениям…

В третий раз Боженка отыскала нужный дом без проблем. Стремясь покончить дело миром, она нажала на кнопку звонка и, не ожидая ответа, толкнула калитку. Та, как известно, не запиралась. Не раздумывая, девушка вошла во двор.

В отсутствие матери дети приучены были проявлять особую бдительность. Услышав звонок. Агатка выглянула в кухонное окно, увидела незнакомую особу, нагло толкнувшую калитку и без разрешения проникшую во двор, и немедленно заперла входную дверь не только на замок, но и засов задвинула.

Крикнула брату, чтобы он запер вторую дверь, заднюю, сама же вихрем взлетела по лестнице и окопалась у себя в комнате, на подоконнике раскрытого окна.

Вожена предоставила детям достаточно времени, чтобы они успели принять все эти меры безопасности, так как не торопилась. Войдя во двор, постояла на цементной дорожке, оглядываясь вокруг, затем не спеша поднялась на крыльцо и позвонила, одновременно толкнув и эту дверь. Не тут-то было!

Со своего поста Агатка внимательно наблюдала за незнакомкой, и от неё не укрылось ни одно из движений подозрительной особы.

После того как отзвенел пронзительный звонок, девочка громко спросила:

— Кто там?

Вожена подняла голову и ответила:

— Я к пани Хлюповой.

— Мамули нет дома. А почему вообще пани заходит во двор, когда ей не отпирают калитки?

— Так она не была заперта, — удивилась прибывшая.

— И вовсе нет! — твёрдо заявила Агатка с подоконника. — Она была заперта. Только замок испортился.

— А раз испортился, значит — не заперта, — не менее твёрдо возразила посетительница. — Вот я и вошла.

— И плохо сделали. Я вас не знаю. Пани кто?

Мы незнакомых не пускаем.

— Я не незнакомая. Я здесь уже была.

— Не правда! — стояла на своём Агатка. — Я вас не видела. Когда вы были у нас?

— Вчера.

Ответ сбил девочку с толку. Вчера… вчера они с Эльжбетой провели полдня в зоопарке, возможно, она и не врёт. Ведь по возвращении они с братом застали в доме напряжённую обстановку, верный признак того, что произошло нечто неприятное. Может, как раз и связанное вот с этой наглой особой?

— И что?

Даже если бы девочка долго думала, лучшего вопроса она не смогла бы придумать. Он явно поставил незнакомку в тупик. Как на него ответить? Рассказать о диком скандале, который разразился здесь вчера? И о том, как она обзывала хозяйку дома…

Боженка сообразила — рассказывать такое дочери хозяйки не стоит, себе же хуже. И дала расплывчатый ответ:

— И ничего. Пришла поговорить с пани Хлюповой. Когда она вернётся?

— Не знаю. Никто не знает.

— Я могу подождать? — унизилась до просьбы Божена.

Агатка не сразу ответила. Так хочется узнать, что же здесь вчера произошло. Если эта девица уйдёт, она, Агатка, вряд ли узнает. От матери объяснений не дождёшься. А вот если подождёт…

И она милостиво разрешила:

— Можете. Подождать можно.

— Не под дверью же! — не выдержала Вожена. — Ты так мне и не откроешь? Я бы подождала в доме.

А вот это мать раз и навсегда запретила. Вдолбила детям — незнакомым людям в её отсутствие категорически дверей не открывать. Что бы те ни говорили. Подслушивающий разговор сестры с незнакомкой Стась решил, что пора и ему подключаться.

— Ещё чего! — решительно крикнул он. — Посторонним вход воспрещён!

Боженка разозлилась:

— Так я же твержу вам — никакая я не посторонняя! Вчера ведь уже здесь была и говорила с вашей матерью. Ну да ладно, скажите по крайней мере, сколько её придётся ждать — день, час, несколько минут? Куда она вообще пошла?

— Пошла куда надо, её дело. Наша мать совершеннолетняя и имеет право ходить, куда пожелает.

А вот вы не имеете права заходить в наш двор без разрешения, вам никто не позволял.

— Съем я, что ли, ваш двор? — огрызнулась Вожена. — Отгрызу кусок?